Наши путешествия | ЗА ГРАНЬЮ БУДНЕЙ
1 C
Nizhny Novgorod, Russia
'Пт, 17 Ноя 2017 22:25:45'
Домой Блог

Марфино: лесная дача

0

В окрестностях Вичуги в сосновом лесу стоит теремок – бывшая дача вичугского фабриканта Алексея Разорёнова, водившего знакомство с писателем Максимом Горьким и оперным басом Фёдором Шаляпиным. О самом доме и о хозяевах дачи известно не так много, как о самом местечке, но мы попробовали узнать больше. Если хотите увидеть терем, то поспешите – дом брошен, и время к нему безжалостно.

Мой город Горький

1

Я родилась в городе Горьком и прожила в нем 11 лет.

Вичуга: причуды текстильных королей

1

Век назад Вичугский край творил чудеса: живущие тут 0,1 % населения Российской империи производили около 10 % русского текстиля. Шесть купеческих династий, технический прогресс, новаторство и театр амбиций. Тут драматург Александр Островский и писатель Павел Мельников-Печерский подсматривали типажи для своих произведений. Сейчас можно увидеть лишь следы прошлой жизни.

Путевые записки с Арзамасского тракта

0

Сегодня дорога из Нижнего Новгорода до города Арзамаса составляет около 100 км и без учета пробок преодолевается всего часа за полтора. А чуть более 150 лет назад этот путь в 115 верст занимал от 12 часов, если вы губернаторский адъютант, до трех дней, если вы в частной поездке и вам не повезло с погодой или экипажем. Правда, современная дорога и совпадает со старинной максимум на четверть. Оттого было еще интереснее проехать по тракту с картой 1850 года в руках.

Дорога на Арзамас была популярна. Люди ехали если не в сам этот благословенный городок, то в Саранск, Тамбов, Пензу или переходили на Симбирский тракт, который прибегал в Арзамас со стороны Мурома и стремился дальше в припьянские степи. В отличие от больших трактов арзамасский хоть и брал начало совместно с Владимирским и Старо-Московским на Арзамасской заставе (дорога от Нижнего Новгорода до развилки в Ольгино описывается в этих записках), но быстро начинал петлять. Сказывался непростой рельеф – дорога преимущественно была то песчаная и холмистая, то проваливалась в овраги, то долго шла по настеленным в болотистых долинах рек гатям.

Князь Иван Михайлович Долгорукий.

Кроме этого, дорога всегда стремилась пройти по селу – для удобства путников, которые могли нуждаться в обеде, ночлеге или ремонте экипажа. Ямские станции тут были не так хороши, как на больших трактах, а потому путники сильно зависели от резвости лошадей, трезвости ямщика, погоды, а также крепости рессор и шин экипажа. А тут уж кому как повезет!

«Дорога из Нижнего до Арзамаса нехороша, гориста и песчана. Лошади не очень резвы и пристают скоро», — пишет в своих записках бывший владимирский губернатор, князь Иван Михайлович Долгорукий, проехав по этому пути в 1813 году дважды с супругой – на Саранскую ярмарку.

Павел Петрович Свиньин

«Дорога от Арзамаса  до Нижнего показалась мне самой приятнейшею прогулкою: она идет обширными полями, покрытыми богатою жатвою всех родов хлеба. Притом поля сии не представляются в идее утомительных степей, как например в Тульской и Орловской губернии. Напротив они опушены кругом зелеными рощами и пересекаются речками и рвами, полными чистой воды. Одним словом, я думал, что путешествую по благословенной Силезии. Изобилие сего края поражает всякого мгновенно, как скоро въедешь в пределы Нижегородской губернии, несмотря даже, что деревни в Владимирской лучше и красивее выстроены», — делится впечатлениями русский академик, историк и географ, издатель и писатель Павел Петрович Свиньин, предпринявший это путешествие в период 1817 — 1820 годов.

В 1838 – 1839 годах из Нижнего Новгорода на Арзамас проезжал чиновник и литератор Михаил Павлович Жданов (1810 – 1877). Арзамасская дорога произвела на него неизгладимые впечатления.

«Дорога так дурна, что было невозможно даже минуты ехать рысью: одна только неволя могла принудить меня к такому несносному, мучительному путешествию. 114 верст от Нижнего до Арзамаса я ехал 24 часа, останавливаясь только для перемены лошадей», — пишет он в своих путевых заметках.

Барон Август фон Гакстхаузен

«Я решил съездить из Нижнего вовнутрь губернии, именно в город Арзамас. Губернатор был так любезен, что дал мне в проводники и переводчики своего адъютанта, умного и образованного человека, отлично знавшего по-немецки. Мы выехали 8 июня под вечер и на следующее утро были в Арзамасе, за 110 верст от Нижнего», — пишет немецкий ученый и чиновник, барон Август фон Гакстхаузен, проехавший по Арзамасской дороге в 1843 году.

Так как дорогу по тракту от Арзамасской заставы на современной площади Лядова (Крестовоздвиженской) до Ольгина выселка мы уже описывали, начинаем с этой развилки.

Уже тут тракт испытывал прелести рельефа – бежал вниз с холмов, оставляя по правую руку живописные горки. На одной из них и находилась в 1880-х годах усадьба доктора третьего уездного участка, гласного Нижегородского уездного земского собрания Константина Николаевича Скуридина. Раньше въезд в усадьбу был другим, а сегодня пришлось петлять по улицам Кусаковки. Поднялись на гору, в усадьбу вон по той ленточке грунтовой дороги.

Она довольно крута и, возможно именно поэтому раньше поднимались по более пологому и ныне застроенному подъему.

Сейчас от имения с характерным названием Горки не осталось ничего, кроме самой горы и пруда под ней, появившегося позже 1850 года. На вершине стоял дом и сад. А вид оттуда на современную Кусаковку, которая вобрала в себя куст деревень Изосимлево, Кошкарово и собственно Горки — прекраснейший. Ставь лавочку и наслаждайся! Остается завидовать тем, кто поставил дома на месте усадьбы земского врача.

Да, наверное, домик неплохо продувало на зимних полевых ветрах и задувало снегом, но в старину все это мудро решалось обсадкой деревьями с подветренной стороны. И судя по карте, так и было. Впрочем, признаков сада и старой обсадки тоже уже не видно. Дом, судя по всему, был деревянным.

Каких-то подробностей частной жизни, а также портрета Константина Николаевича найти в открытых источниках не удалось, но зато мы знаем его фронт работ в 1889 году по части эпидемий в уезде. С отчетом об этом он вступал на земстве.

Из медицинского отчета по третьему участку

Из заразных болезней характер эпидемий принимали: 1) возвратный тиф в Елховке в сентябре —11 человек и в деревне Вшивке Борисопольской волости в июле 52 человека; 2) Натуральная оспа: в селениях Елховской, Борисопольской (в том числе Рождественский Майдан), Палецкой и отчасти в Таможниковской волостях почти весь год — 212 человек; 3) Дифтерит в деревне Гужевой в ноябре месяце заболело 6, 3 умерло; 4) Корь в течении марта в селе Сарлеях заболело 21 человек. Остальные случаи заразных болезней появлялись в участке в разное время и в разных селениях и характера эпидемий не принимали.

А вот вам кинешемская картиночка, которая, я уверена, мало отличается от нижегородской. Выезд земского врача в деревню. Без своей конюшни было никак – на карте усадьбы видны дворовые постройки. Интересная деталь – в земских отчетах за 1890 год говорится, что «…гласные К. Н. Скуридин и В. Н. Смирнов заявляют, что в качестве земских начальников они в бесплатных разъездах не нуждаются, так как имеют собственных лошадей…»

Из земских же записей известно, что в 1890 году Скуридин и целый ряд гласных вышел из врачебного совета земства, так как «собрание желает не улучшать врачебное дело, а ухудшать его, что ясно доказывается отклонением всех предложений совета об улучшении медицинской части». Ухудшение состояло в отказе выделения средств на народную медицину. И кому, как не Скуридину было знать дни и ночи земского врача. Обычно земские доктора даже в собственных домах держали приемную комнату, и клятва не давала им права отказать в помощи.

Кадры драматического фильма «Морфий» (2008) режиссера Алексея Балабанова по сценарию Сергея Бодрова-младшего по мотивам цикла Михаила Булгакова «Записки юного врача»

С места усадьбы прекрасно виден и сам бывший тракт, который в этом месте повторяет современная дорога, и советский трофейный «Голиаф» — передающую радиостанцию диапазона сверхдлинных волн, обеспечивающую радиосвязь с подводными лодками на расстоянии до 4 тысяч километров. Википедия пишет, что радиостанция «Голиаф» (нем. Goliath) изначально была построена в Германии у города Кальбе в 1943 году и стал первой радиостанцией диапазона сверхдлинных волн мощностью более 1 МВт и самой мощной радиостанцией того периода в мире. Радиостанция использовалась для координации действий германских подводных лодок. Сигнал «Голиафа» принимался в Атлантике подводными лодками в погруженном состоянии, находившимися даже в Карибском море. В начале 1945 года радиостанцию захватили американцы, а при разделе Германии на зоны влияния территория, на которой располагался «Голиаф», отошла к Советскому Союзу. В 1947 году радиостанция была разобрана. Три года трофей хранился на складах связи под Ленинградом, а в 1949 году было принято решение о его монтаже в долине реки Кудьмы в Горьковской области. Место установки было выбрано по двум причинам: из-за схожести здешних почв с немецкими, где станция стояла изначально (качество работы зависит от состояния почвы), и из-за достаточной удалённости от границ. В 1952 году «Голиаф» вышел в эфир и сейчас тоже на боевом дежурстве. Радиостанция входит в сеть службы точного времени «Бета».

Выезжаем из бывших Горок. Практически по другую сторону тракта, напротив Горок – село Борисовское, бывшее имение вице-губернатора Нижегородской губернии в 1782 – 1792 годах, статского Петра Васильевича Елагина. Барский дом, службы, сад с несколькими аллеями и запруды небольшой овражной речки – обычный усадебный набор. Надо сказать, что в селе на середину позапрошлого века было три храма – каменный пятиглавый Воскресенский 1774 года, деревянный Покровский 1788 года и каменный храм митрополита Петра 1794 года, чья колокольня и сохранилась на сегодняшний день.

Стоял этот храм как раз над могилой Елагина, и поставила его неутешная вдова Александра Никаноровна. По описаниям, храм имел золоченый иконостас и белый каменный пол, а поддерживался иждивением наследников Елагиных, которые затерялись еще до революционных лет, отчего церковь начала заметно ветшать. Сейчас как памятник умершему вице-губернатору стоит только колокольня.

В 1877 году Статистический комитет упоминает, что в Борисовском стоит «помещичья усадьба, купленная становым приставом Яковом Садовским, а улицы усажены молодыми деревцами, значительная часть которых однако посохла». Упоминается и бывший помещик Д. М. Поздняков, который «продал большую часть своей земли пахотной, луговой и под кустарниковым лесом, вместе, приблизительно по 30 рублей за десятину».

В районе поселка Дружный (на его месте в 1850 году обширные болота) – продолжительная гать, которая с коротким перерывом переходит в мост через Кудьму и входит в Митино.

На всем этом участке тракт шел именно как современная автодорога.

Отклонение начинается с деревни Митиной – тракт перебегал речку Кудьму по мосту и шел по главной деревенской улице. Сейчас заметно, как Митино, нелепо развернутое створом улицы к дороге, осталось на обочине, за отбойником, а автотрасса огибает его, делая легкую дугу.

Сразу за мостом, на въезде была первая почтовая станция с момента выезда из Нижнего Новгорода. Думаю, советский мост повторяет место старого деревянного – уж больно прицельно точно он заходит в деревню.

Встречается информация, что начало селению Митино дал постоялый двор на большой дороге, пользующийся не очень доброй славой – кого-то тут грабили, кто-то просто заезжал на постой да и пропадал. Думается, любое местечко, стоящее среди леса на пойменных болотах, имеет шанс получить такую репутацию. Кстати, с моста красивые виды на Кудьму и «Голиаф», слушающий Атлантику.

Советский мост уже аварийный – опоры с трещинами, но им еще пользуются местные. Современный шире и основательнее.

Почтовая станция была где-то тут, справа при съезде с моста при въезде в деревню. Скорее всего, на первом неподтопляемом во время половодья участке.

Или даже на месте первого в этом порядке дома.

Кстати, вот вам страницы из краткого дорожника 1808 года – «Правила для проезжающих на почтах, станционных чиновников и почтарей».

Если кто из проезжающих был так несдержан, что нанес станционным смотрителям и почтарям оскорбления и побои, то он должен был уплатить штраф в размере 100 рублей в пользу Почтовой Экономической службы. Слабое утешение избитым.

В поисках владельцев большой деревни на тракте – в 1850 году целых 40 дворов – я наткнулась на поземельные переписи от 1917 года, из которых стало понятно, что бывших крепостных владельцев было несколько: Бутурлин-Каратаев, Пашков, Нарышкин, Шереметьев и «Бутерь-Родали». Вот последняя фамилия заинтересовала, тем более, что написана она была неверно.

Княгиня Варвара Петровна Бутеро де Ридали

На самом деле речь идет о княгине Варваре Петровне Бутеро де Ридали, урожденной княжне Шаховской. По первому мужу – графиня Шувалова, по второму – графиня Полье, а третий ее муж — Джорджио Вильдинг Бутеро де Ридали являлся чрезвычайным посланником Королевства обеих Сицилий в Петербурге.

Судьба этой дамы достойна отдельного абзаца, хотя вряд ли она когда вообще бывала в деревне Митиной на кудьминских болотах. Она была дочерью Елизаветы Шаховской, которая вместе с матерью (бабушкой нашей героини) была застигнута Французской революцией в Париже, где они весьма длительно проживали. Дамы так сроднились с Европой, что юная Елизавета в феврале 1792 года была выдана замуж за бельгийца, принца Луи-Мари д’Аренберга (1757 — 1795), принимавшего деятельное участие в Нидерландской революции.

Елизавета Шаховская

Молодая пара даже успела обзавестись дочкой Екатериной. Однако императрица Екатерина Вторая не велела впускать принца в Россию и, подозревая «европейских голодранцев» в революционном духе и желании получить часть строгановских богатств, которые были за Елизаветой, приказала Синоду не признавать этот брак. Молодая семья была разбита, маленькая Екатерина прожила всего два года, а ослушницу Елизавету выдали замуж за Петра Федоровича Шаховского (по одной версии, просто однофамильца или такого дальнего родственника, что степень родства уже не отслеживалась). Этот брак был высочайше одобрен, и в семье родилась дочь Варвара. Когда всем казалось, что все в жизни Шаховской уже наладилось, та будучи в возрасте 23 лет, приняла яд и после двухдневных мучений скончалась, оставив 9-месячную Вареньку. Причину трагедии знавшие семейство указывают одну: Елизавета не любила своего второго мужа и тосковала по принцу, который непостижимым образом то ли нашел возможность ее кратко увидеть, то ли известил ее о своем намерении уйти из жизни и действительно скоропостижно умер в Риме в 1795 году в возрасте 38 лет. Мол, именно сознание того, что ничего не изменить, толкнуло ее уже через год на самоубийство. Официально, разумеется, все было списано на сердечную болезнь.

Маленькую Варю Шаховскую растила бабушка, которая была рада выдать юную скромницу замуж за героя Отечественной войны, друга императора Александра Первого, чрезвычайно богатого вельможу и давнишнего поклонника матери юной невесты графа Павла Шувалова. Двадцатилетняя разница в возрасте никого не смущала. Граф был приятной наружности и обладал обаянием, был добрым и щедрым. В семье родились двое сыновей.

Джорж Доу «Граф Шувалов»

В 1823 году Варвара Петровна овдовела, уехала тосковать в Европу и снова вышла там замуж – за графа Пьера-Амадея-Шарля-Гийома-Адольфа Полье (1795 — 1830), швейцарского француза из Лозанны, который вполне мог встретиться на поле брани с её покойным мужем, потому что в 1812 году он поступил во французскую кавалерию. Пятилетний брак завершился скоропостижной смертью Полье, которого Варвара Петровна любила так сильно, что похоронила его рядом с усадьбой и спала в его мавзолее на мраморе, усыпанном цветами. Это не помешало ей еще раз попытать брачного счастья в 1836 году, несмотря на протест взрослых сыновей. Ее третий муж, служа сицилийским посланником, был англичанином по рождению и тоже недолго радовал супругу – до 1841 года, когда и скончался, оставив ей на память о себе необычную фамилию, которую так тяжело было писать в русских документах.

Доля в деревне Митиной была каплей в океане богатств Варвары Петровны, чьи имения начинались с уральских заводов и заканчивались виллой в Палермо…

Интересно, что деревня Митина в ее старой части весьма широка, то есть была исторически застроена с требованиями по ширине тракта.

Так как с одной стороны рост деревни ограничивала река, Митина росла вдоль тракта в другую сторону. Новая ее часть значительно уже старинной и сегодня практически слилась с соседним селом Вязовкой.

Вязовка на карте Менде от 1850 года – крупное село из 173 дворов на трех улицах. Та, по которой шел тракт, была короткой и до сих пор официально называется «Большая дорога».

На пересечении улиц в Вязовке возникает площадь, на которой стоит церковь Казанской Божией Матери (1865).

До нее на этом месте располагался одноименный деревянный храм, который сгорел якобы в 1857 году от свечи или лампады прямо в Страстную субботу вместе с большей частью села. Каменную церковь строили несколько лет, и она удалась: трехпрестольная, расписная внутри, с позолоченными главками. Встречается информация, что в храме находилась большая икона Казанской Божьей Матери, сложенная из цветных стекол, что несколько неканонично. Ее считали чудотворной. Храм закрыли в 1937 году, священника отправили в Сибирь, иконы вывозили к реке Кудьме и сжигали. Сейчас же храм восстановлен.

Сурадеево: село поэтессы

0

Туристы заглядывают в Сурадеево, чтобы увидеть редкую для Нижегородской области по своей архитектуре церковь – высокую ротонду, окруженную когда-то колоннадой. А барыня в этом селе была не менее интересной особой – поэтесса, родственница самого Лермонтова и кузина декабриста Анненкова, сыгравшая в его судьбе не последнюю роль.

Вятка: купеческие замки

3

Мы приехали в Киров всего на один день. Для осмотра города этого было мало. Потому решили не распыляться и посвятили день вятским замкам и скромному домику их автора. Заодно узнали связь спаниеля Томки из старой детской книжки и этих пафосных жилищ.

Мерлиновка: барыня на турецких бобах

4

Есть в Нижегородской губернии под бывшим уездным городом Лукояновым деревенька Мерлиновка, в которой современный турист не увидит для себя ничего интересного и будет прав – вся потрясающая история этого места почти не оставила следов. Если не считать чудесные шали в столичных музеях, одну банковскую аферу и детство светоча советской медицины.

Дорога вдоль Северной Двины

0

Добираться из Архангельска в Нижний Новгород мы решили не по М8 через Вологду, а по старинному торговому тракту «Холмогоры – Великий Устюг» вдоль Северной Двины. Путь занял пару дней с ночевкой в Великом Устюге. В первый день мы преодолели около 300 км хорошего асфальта М8 и 400 км разбитых в хлам проселков. Нам не хватило времени на Сольвычегодск, но мы порадовали себя красотами сел, через которые лежал маршрут.

Горбатов: город-сад над Окой

7

Если в русской литературной классике вас очаровывали описания маленьких уездных городков с их бесконечными садами, речными разливами в окнах, уютом старинных домов и мощеными камнем улицами, то вам надо непременно побывать в Горбатове. Уже на протяжении трех веков это отличное место для нежного детства, тихой старости и душевных прогулок.

Путевые записки со старых трактов

0

Что может быть увлекательнее, чем путешествие с путеводителем двухсотлетней давности на полурессорной повозке века нынешнего? smile

В этом разделе собраны такие поездки по старым трактам в пределах современных границ Нижегородской области.

Старые тракты далеко не всегда совпадают с современными дорогами, и мы ищем на них следы былой старины. Делаем остановки в усадьбах, осматриваем сельские храмы, места ямских и почтовых станций, заглядываем на прежние ярмарки и постоялые дворы, обозначаем нахождение каторжных этапов и трактиров.

Удивительно, но иногда в изгибе сельской улицы со старинными домиками и церквушкой в конце просматривается тот же XIX век, в котором и рисовал карту-верстовку генерал-картограф Александр Иванович Менде.

Отчеты получаются длинными, как и путешествия позапрошлого века, но весьма интересные.

Путевые записки с Арзамасского тракта

Сегодня дорога из Нижнего Новгорода до города Арзамаса составляет около 100 км и без учета пробок преодолевается всего часа за полтора. А чуть более...

Записки с Владимирского почтового тракта

За четыре зимних дня мы проехали Владимирский почтовый тракт - от Нижнего Новгорода до Мурома. До Богородска он полностью совпадает со Старо-Московским, а после...

Записки со Старо-Московского тракта

Ориентироваться на местности по карте, которой почти 200 лет, интересно и страшно. Во-первых, начинаешь замечать следы прошлого, а во-вторых, это прошлое иногда оставляет тебе...
Путевые записки с Казанского тракта

Путевые записки с Казанского тракта

Продолжаем полюбившийся нам жанр путешествия по картам XIX века. Так мы год назад проехали по Симбирскому тракту в пределах Нижегородской губернии, а теперь настал черед...
Путевые записки с Симбирского тракта

Путевые записки с Симбирского тракта

Вы когда-нибудь путешествовали по старым картам? Попробуйте - это весьма увлекательно. Мы вооружились картами генерал-лейтенанта Александра Ивановича Менде по двум губерниям - Владимирской и...

Погода

Nizhny Novgorod, Russia
пасмурно
1 ° C
1 °
1 °
92%
4kmh
90%
Вс
3 °
Пн
2 °
Вт
3 °
Ср
0 °
Чт
-4 °

Популярные записи