Думаете, мёртвая вода существует только в сказках? Вовсе нет. Смертные родники бьют из-под земли всего в сотне километров от Нижнего Новгорода, но воду из них не принято брать ни в Крещенскую ночь, ни для вкусного чая, ни для купания. Эта вода нужна для тех, кто застрял между жизнью и смертью или заболел “от умысла”. Старики верят, что силы в этих родниках во много раз больше, чем в живых, а потому горят на них часовни, падают деревья и не выдерживают поставленные кресты.

Вачкасы, как называют себя жители Вачского района – народ особый. Некоторые историки склонны верить, что это и есть потомки исчезнувшего народа муромы, которые весьма уважительно относились к источникам воды. Как бы там ни было, в Вачском районе действительно существует культ воды, который еще помнят старики и уже забыли их потомки.
Там есть несколько источников, которых называют Смертными, Прощёными или Мёртвыми. И на одном из них я впервые оказалась лет так в восемь.
Мой дед – уроженец Вачского района, а потому 15 летних сезонов моей жизни я провела в деревне Светицкой, которая сегодня стала просто улицей села Беляйкова. Родственники – в каждом селе округи. И бабка знала абсолютно всех, поддерживая отношения и отправляясь в начале лета в турне по тётушкам и дядюшкам. Однажды она взяла меня, восьмилетнюю, с собой. Гостили в Новоселках, в Лесникове и, наконец, в Жайске, куда меня привезли уже в лихорадке. Состояние странное – на улице лето и даже вроде жарко, а ты все время мёрзнешь, тебя выворачивает, и бабушкины таблетки в бумажном блистере не помогают. В Жайске меня уложили в кровать, а вечером, с закатом, подняли на ноги. “Давай сходим на родник, умоемся”, – сказала бабушка.
Помню, что мы с бабушкой и шустрой пожилой родственницей долго шли узкой пешей тропкой сначала мимо ферм, а потом лугом. Жайская старушка шагала, держа в руках “падог” – так называли тут подобие посоха. Шаг ее был такой бодрый, что мне казалось со спины, будто кто-то молодой и сильный переоделся зачем-то старушкой и шутит над нами. Я шла второй. Трава была высокая – местами даже выше меня. И солнышко садилось. А мне было так холодно, что даже бабушкина “визитка”, то есть куртка, не спасала от озноба. Бабка шла сзади меня с пластиковым ведром…

Как мы ездили за мёртвой водой

Помню как спустились в берёзовый овраг, где уже было весьма сумеречно. “Ну что, колотит тебя? Не отпускает?” – примерно так спросила родственница. Меня босиком оставили стоять на траве, забрали куртку и молниеносно облили ведром ледяной воды. Всё было сырым – моя кофта и платьишко, волосы. Как шли обратно – уже не помню, но даже сейчас думаю, что мне было весьма плохо. Правда, утром, по семейным рассказам, я проснулась без температуры и уже на завтраке наворачивала невкусные чужие пироги, так как лучшие пекла только бабуля. Она мне потом и рассказала детали этого посещения Смертного родника. Ну и еще кое-что. Например, как лечат мёртвой водой 🙂
Детская память изменчива. Став взрослой и потеряв бабушек и тётушек, я напрочь забыла, где же этот родник. Помнила только, что под Жайском и в овраге. Поэтому было решено родник найти.
И началось! Родник “не пускал” и “морочил”, как говорят старики.
Первый раз поехали в начале зимы, когда снега еще не так много. Решили доехать до Жайска и там спросить про родник. Пока мы были в пути, природа притихла, и из легкого снежка начался снегопад. Дорога от Новоселок на Жайск покрылась льдом. Ехали очень тихо, опасаясь заносов.

Как мы ездили за мёртвой водой

Ближе к Жайску начинается наша русская среднеполосная “Швейцария” – горный подъем-серпантин, узкие перешейки и мостики, обрывы. На подъезде мы заметили, как по склону на нас задом ползет неуправляемый “Жигуленок”. Мужики пытались подняться в село, но не могли. Метель тем временем усилилась. И, несмотря на открытое место над рекой, стало как-то темновато.

Как мы ездили за мёртвой водой

Помочь мужикам подняться в гору мы уже тоже не могли – машина, несмотря на шиповку и полный привод, тоже срывалась в заносы. Поэтому мы решили развернуться и поехать домой – от греха подальше. “Жигуленок”, который решил тоже больше не пытаться попасть в Жайск, попросил помощи, так как постоянно улетал с обледенелой дороги. Мы привязали его на трос и дотащили до поворота на Яковцево.
Разумеется, мы спросили мужиков про родник. Без лишних комментариев они тормознули около поворота на него и махнули рукой в белое марево метели: “Там! Только дороги сейчас уже нет”. И правда – никаких следов, кроме занесенной колеи от гусеницы снегохода. Видимо, непопулярен.
Второй раз мы вспомнили про родник уже осенью, в красивый рыжий день. Правда, фотографировала я на телефон.

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Заехали на гору, где сейчас стоит часовня Петра и Февронии. Тогда объем только строился.

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Дорогу до родника спросили у местных. Оказывается, можно было проехать немного на автомобиле, а потом идти пешком – почти той же дорожкой, как меня водила бабушка. Однако выехав на сельские “зады”, мы оказались на распутье и, видимо, выбрали не ту дорожку. Начались грязи, машина села, но раскачалась и выпрыгнула. Уголёк солнца падал во владимирские леса за Окой, разливал кипяток заката и был готов погаснуть. Идти на овражный родник, именуемый Смертным, в темноте не хотелось. Развернулись и поехали домой, прихватив немного жайской грязи.

Как мы ездили за мёртвой водой

Родник интересовал все больше 🙂 И вспомнили мы о нем на Крещение, решив, что уж точно люди ходят на него за водой в эту сакральную ночь. Словом, решили попытать счастья в третий раз 🙂 Крещенский канун выдался мглистым.

Как мы ездили за мёртвой водой

А это Новоселки. Тут мой прадед работал управляющим на кондратьевской мануфактуре по изготовлению столовых приборов.

Как мы ездили за мёртвой водой

Вот он – Зайцев Алексей Михайлович. Распространенная фамилия в том крае. Памятник погибшим на Великой Отечественной войне в Жайске пестрит фамилией Зайцевых. А мой прадед погиб еще в Гражданскую, оставив мне в наследство несколько полок книг.

Как мы ездили за мёртвой водой

Тут он вместе с прабабкой перед своим уходом на войну – их последняя фотография. Прабабка останется одна с тремя малыми детьми и поднимет их на ноги: мой дед Пётр получит высшее образование и станет учителем, его сестра Клавдия станет летчиком, а брат Василий погибнет в Великую Отечественную, защищая подступы к Москве. Типичная семейная судьба той эпохи.

Как мы ездили за мёртвой водой

Поворот на Жайск в Новоселках как раз ведет мимо красавицы – Казанской церкви, построенной в начале XIX века на средства зажиточного крестьянина Якова Вавилова. Якобы именно в ней мой прадед венчался с прабабкой. Хотя по приходу должны были бы в глебовской церкви Дмитрия Солунского (не сохранилась). Новосельская церковь тоже сильно пострадала в советские годы, но была восстановлена благотворителем. Теперь у нее даже есть часы, которые отбивают время и волшебно звучат в час, когда день густеет, близится к закату, тени вытягиваются, а село затихает..
Красивый храм. Специально выложу фотографию из другой поездки – тут, в накатывающей синеве зимних сумерек, тоже, кстати, крещенских, храм прекрасен.

Как мы ездили за мёртвой водой

Следующая памятная точка на пути к Жайску – Лесниково. Тут моя мама сделала свои первые самостоятельные шаги, будучи на летнем пленере у родни. Бытовал обычай: как только ребенок делал первые шаги, по земле между ступней проводили острым не кухонным ножом – вроде как резали путы. Считалось, что теперь ребенок будет свободно ходить.

Как мы ездили за мёртвой водой

Поворот на родник опять проехали мимо – тропы на него не было. Снега в тот день было до того много, что мы даже беспокоились, заедем ли в село, если склон нечищен.

Как мы ездили за мёртвой водой

В село мы поднялись спокойно. А заехав в Жайск, мы решили посмотреть особняк богача Быкова в центре села и припарковали автомобиль практически на дороге, еще поглядывая, не помешает ли он кому. Но село было пустынным, словно все спали или в лучшем случае – пекли пироги к вечернему столу. На родник решили отправиться уже после осмотра дома.

Как мы ездили за мёртвой водой

Когда мы вышли из дома, оказалось, что автомобиль одним боком немного провалился в снег 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Выкапывание провалившейся на ровном месте повозки отняло немало времени 🙂 Автомобиль проваливался все больше 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

В итоге лопата и полный привод победили 🙂 Взамен мы обрели интересные диски 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Снега в кювете – до ж*пы 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Потратив время и силы на откапывание, мы обратили внимание, что дурит навигатор Он вел нас в какие-то несуществующие проезды между домами. Пришлось обратиться к местной жительнице, которая привезла на колонку сани с бутылями и флягой – набрать воды. Услышав про искомый родник, она сказала сразу: “Мы туда за водой не ходим даже на Крещение. И вы не ходите. Там замело, нет тропы”. Ну что делать? Опять посмотрели в “прогоны” между домами и развернулись. Уже в третий раз 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Четвертая попытка доехать до Смертного родника была намечена опять на осень. Ну, так получилось 🙂 Поля были без снега, поэтому мы увидели грунтовку к Смертному роднику. Примечательно, что начиналась она со сломанной березы – по всем поверьям, дурной знак-то 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Дальше дорога бежит все время под уклон через частый березово-осиновый лесок. Светлые стволы сливаются в сплошную стену и кажется, будто едешь в узкой щели между двух заборов – до головокружения.

Как мы ездили за мёртвой водой

Ехать недолго. Внизу есть небольшая полянка, на которой уберется машины четыре, и можно развернуться.
Вообще, мне всегда было интересно, как старики различали – Смертный это родник или Живой. И бабка говорила, что Смертный или Прощеный, как его еще называли, бил всегда в очень непростом месте. Тут кто-то чувствовал необыкновенный подъем духа, а кого-то местность угнетала и хотелось уйти. А еще такие родники очень часто морочили – путали и пугали. То не той тропой пойдешь да заплутаешь, то привидится чего – испугаешься и вернешься. В фольклорных университетских записях есть воспоминания жителей, напуганных в таких местах видением стада с бешеным быком или вихрем, который ходил столбом по лугу. И если такое место люди обнаруживали, а в нем был родник – его почитали как Смертный или Прощеный – от слова “прощать, отпускать”. Обычно он был в овраге. Овраги в старину и так почитались, как места нечистые и слишком похожие на могилы, чтобы ждать от них чего-то хорошего.
Видимо, мы не зря плутали 🙂
Между прочим, на Смертный родник надо ходить с наступлением темноты. Считалось, что как только солнце уйдет из нашего мира и взойдет под землей – в стране мёртвых, наступает самое время обращаться к роднику за помощью. Обычно на родник ходили бабы – молодухи и старухи. Посылали за водой с любой посудиной, если в доме был больной, который мучился. Вода нужна была на выздоровление или на скорую смерть, то есть прощение. На родник мало того. что надо было идти по темноте, так еще и молча. Даже если встречный окликивал – надо было молчать. Отозвалась – иди домой, родник не примет.
А на этот Смертный родник в лесу, через овраг, ведет мостик. Ночью я бы не пошла 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Впрочем, и воды набрать была целая наука. “Сначала пару пальцев воду опусти. Доброе слово скажи воде – потом набирай”, – говорила бабка, которая так делала даже на колоде, придя полоскать белье 🙂
Если же воду удавалось набрать, то идти обратно надо было тоже молча и не оглядываясь. Считалось, что как в книгах Гоголя – оглянешься – привидится такое, что воду разольешь или обезумеешь. Вот потому чаще на родник ходили старухи – бывалые, они ничего не боялись.
Принесенной водой поили и умывали больного, не вытирая лица. Остатки воды прятали – обычно половину от принесенной. Считалось, что за несколько дней родник сделает свое дело – больной или пойдет на поправку, или умрет. Если человек выздоравливал, остатки воды выливали под порог, а на родник днем при свете несли небольшое угощение. Клали не у воды, а под деревце, на пенек или еще куда в той окрестности. Если же человек умирал, набранной водой проливали гроб, после чего клали в него покойника. Если больного не поили водой и мертвой воды в доме не было – старуха отряжалась идти за ней. Гроб должен быть сырым. На родник несли купленный новый крестик и привязывали его на ветви деревьев.
Местные, которые держатся корней и стариковских наставлений, никогда не будут купаться в роднике и обходят купальни стороной. Окунуться в родниковую воду – это осквернить ее. Поэтому было принято набрать воды в ведро, отойти в сторону от родника, разуться, встать ногами на землю и облиться с головой. Считается, что только земля может забрать болезни и горести, тоску и порчу. Очень понятная философия – земля и нас самих всех заберет, как придет час. С тоской и горестями. В купальне на Смертном роднике стоят пара ведер – как раз для тех, кто еще помнит.
Иногда старухи могли полечить мертвой водой. В стороне от родника выкапывали небольшую ямку – по размерам двух ступней. Дно выстилали тонким полотенчиком или салфеткой. На нее вставал голыми ногами больной, после чего его обливали водой. Ямку, как подобие могилы для болезни, закапывали и начинали ждать выздоровления.
Место, кстати, действительно непростое. Там очень тихо и птиц практически не слышно. Налицо попытка благоустройства родника, который по учету РПЦ даже имеет свое название.

Как мы ездили за мёртвой водой

Видимо, православные решили, что Прощеный родник – и есть то место, где святые Петр и Феврония, изгнанные из Мурома, простили спесивых бояр. Поэтому для удобства посетителей тут положили брусчатку, поставили часовню с крестом, лавочку и обустроили купальню. Сам родник заключили в трубу. Говорят, что перед этим в благоустройстве также приняла активное участие местная дачница из Москвы, которой родник вернул зрение. Было так.

Как мы ездили за мёртвой водой

Потом стало так.

Как мы ездили за мёртвой водой

И наконец вот так. Родник упорно не принимает попытки его апгрейда. Часовня сгорела, вода ушла из трубы, дерево потом упало почти на купальню.

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Последнее фото с этого места – ноябрь 2015 года.

Как мы ездили за мёртвой водой

Но несмотря на бедственный вид, там также тихо и спокойно. Просто родник, видимо, хочет, чтобы в его воду опять макали пару пальцев, прежде, чем испрашивать у него прощения для больного. Или хочет печенек на пеньке и крестиков на веточках от прощеных и отпущенных от земных мук. Нет ничего сильнее традиции и энергии места. Ясно, что на такую разруху сюда больше не придет крестный ход на день святых Петра и Февронии. И родник останется в покое.
Ну, а мы тогда по возвращению с родника еще немного приударили полями 🙂 Просто для настроения, которое отчего-то резко улучшилось, несмотря на профиль родника 🙂

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Как мы ездили за мёртвой водой

Мы рекомендуем всем любопытствующим посещать это место с уважением к местным традициям. Пусть даже уже мало, кто о них помнит, кроме уходящих стариков. Кстати, бабушкины рецепты работают. Мы проверяли. Если кому-то вдруг нужно…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

три × два =